В ОПУ рассказали почему Зеленский солгал про Оман

За год президентства Владимира Зеленского с ним и его командой приключилась серия неординарных скандалов.

Зачастую эти события были не так резонансны по своей сути, как по реакции власти на них. Во многом то, как в Офисе президента и партии комментировали ситуацию, только усугубляло скандал.

Журналисты встретились с Михаилом Подоляком, который с недавнего времени работает медийным кризис-менеджером в Офисе президента и входит в стратегическую группу по разработке концепции реагирования на скандалы.

— Давайте пройдемся по конкретным скандалам. Например, внезапная поездка президента в Оман. Само по себе событие не такое резонансное, как реакция Офиса президента на этот вояж. Во-первых, президент вылетел туда тайно. Во-вторых, обозначил ложную цель визита…

— Не президент обозначал.

— Допустим, но в Офисе президента от его имени заявили, что это был деловой визит для привлечения оманских инвестиций. Никаких инвестиций не привлекли, а само заявление вызвало шквал иронии и насмешек.

— Реакция по поездке Зеленского в Оман была неправильной изначально. Но нужно учитывать, что тогда ОП выглядел не совсем так, как должен был. Это был Офис еще до Андрея Ермака — ни меня, ни его там еще не было. Управлял всем Андрей Богдан. Но это не снимает вину с Офиса в целом. Он был реально не готов принять позицию, что это президент государства, каждый шаг которого требует внятной, заранее обозначенной позиции. Могу сказать, что в этой, и не только в этой ситуации ОП реагировал неправильно. Он не готовил информационное обоснование для поездки президента — почему он поехал и как. А когда ситуация уже
возникла, Офис не смог быстро перестроиться на кризисную коммуникацию и объяснить, что все-таки произошло. И это не вина президента. Президент не должен выстраивать объяснения.

— А кто должен?

— Специальная служба, которая должна учитывать все факторы. На тот момент в Офисе президента ее не было.

— Подождите, а пресс-секретарь Зеленского Юлия Мендель? Именно она делала заявления от имени президента.

— Пресс-секретарь же не разрабатывает концепцию ответа — она просто его озвучивает.

— То есть роль Мендель — исключительно доносить позицию, разработанную в Офисе? Это все, чем она занимается?

— Она спикер президента, у нее другая функция — доносить официальную позицию государства. Она участвует в разработке этой позиции, но в тот момент, когда Офис президента управлялся, скажем так, в авторитарном стиле, все позиции разрабатывал другой человек.

— Кто?

— Я думаю, вы знаете, кто тогда был главой Офиса президента (Андрей Богдан — Ред.). В плане выстраивания коммуникаций ОП с обществом и медиа Богдан был неэффективным. Пример с Оманом — наиболее яркий: мы полетели туда неподготовленными, находились там медийно неподготовленными.

— И вернулись неподготовленными. Второй эпизод, который еще более усилил критику в адрес президента — его возвращение в Украину, которое совпало по времени со сбитым “Боингом” МАУ в Иране. В Офисе заявили, что Зеленский спешно возвращается домой, а мы выяснили, что он прилетел только через сутки. Какой, с вашей точки зрения, должна была быть правильная реакция на этот скандал?

— Возвращение — это уже другая история, которая разворачивалась на фоне сбитого “Боинга”. Там вмешались спецслужбы. Из-за этого и возник казус — заявили, что президент уже летит в Украину, а он еще не летел. Это уже не регулировалось сервисом президента, даже не УДО, а спецслужбами. Нельзя было в такой короткий срок обеспечить безопасное возвращение президента.

— Как Офису президента, с вашей точки зрения, нужно было отреагировать на эту историю?

— Во-первых, необходимо было изначально объявить о том, что президент летит в Оман. Если это была частная поездка с целью отдохнуть, нужно было так и сказать. Не вижу никакой проблемы в этом. Проблема возникла тогда, когда в Офисе президента стали выдумывать альтернативные цели поездки — напрасно. Не нужно было ничего придумывать про оманские инвестиции — на какой-то детали всегда будет прокол.